В чем тайна Гольфстрима и почему Западная Европа не замерзает зимой?

Каким образом подводное течение умудряется обогревать целый континент и поддерживать мягкий климат в странах, расположенных на одной широте с суровой заснеженной тайгой? Если взглянуть на географическую карту, легко заметить, что Лондон находится севернее Калгари, а Париж лежит на одной параллели с морозным Южно-Сахалинском. Однако в то время, как на севере Канады и в Сибири трещат тридцатиградусные морозы, жители Западной Европы наслаждаются влажными и сравнительно теплыми зимами. Почему так происходит?

Секрет такого природного «отопления» кроется в масштабах и механизме работы северного течения Гольфстрим. Он зарождается в теплых водах Мексиканского залива, где колоссальное количество тропического солнца нагревает океан до температуры теплой ванны. За счет вращения Земли и ветров эта разогретая масса воды вырывается в открытую Атлантику и устремляется на северо-восток со скоростью до девяти километров в час. Объем переноса воды в Гольфстриме невероятен: он переносит больше воды, чем все реки мира, вместе взятые. По пути к берегам Европы это течение отдает атмосфере огромное количество тепла — мощность его «обогревателя» сравнима со сжиганием миллионов тонн угля в секунду.

Когда теплый воздух, сформированный над Гольфстримом, переносится западными ветрами на Европейский континент, он создает уникальный мягкий микроклимат. Проходя дальше на север к берегам Скандинавии, вода постепенно остывает, становится более плотной и соленой. В районе Гренландии и Норвежского моря эти тяжелые холодные массы погружаются на гигантскую глубину и устремляются обратно на юг. Так замыкается термохалинная циркуляция — грандиозный океанический насос, поддерживающий баланс температур на всей планете.

Сегодня ученые со всего мира пристально следят за состоянием этого великого океанического течения. Таяние ледников Гренландии и Арктики выбрасывает в северную Атлантику миллиарды тонн пресной воды, которая легче соленой и не дает остывающим массам эффективно опускаться на дно. Если этот природный механизм сбавит обороты или остановится, привычный климат Европы изменится до неузнаваемости. В конечном счете, Гольфстрим — это не просто интересная географическая достопримечательность, а сложнейший физический двигатель климата планеты, благодаря которому северная часть нашего мира остается пригодной и комфортной для жизни.